В состав этой народности на Брянщине вошли не только коренные балты[24] (http://behistory.ru/article/41/#_edn24), но и переселяемые сюда вследствие организованной государственной политики жители другого славяно-балтского пограничья («Черной Руси», современной Гродненской области Беларуси) - галинды, ятвяги[25] (http://behistory.ru/article/41/#_edn25), мазовшане из «ляшской»[26] (http://behistory.ru/article/41/#_edn26) группы славянских племен. Вероятно, с политикой-интеграционными процессами и этнической консолидацией населения связано также попадание на Брянщину и женщин из дреговичей. Скорее всего, трехбусинные зерненные кольца, обнаруженные в захоронениях, совершенных по «камерному» обряду, принадлежали женам (или дочерям) дружинников, входивших в гарнизон Кветунской крепости XI в.[27] (http://behistory.ru/article/41/#_edn27)
Самим дружинникам - выходцам из словен новгородских и псковских кривичей, принадлежали, вероятно, трубчатые «фитильницы» (кресала - огниво, своеобразные «зажигалки»), обнаруженные на поселении Борок на Судости. Они могли попасть сюда во время одного из боев за покорение северян, т.к. это поселение находилось на самой западной, близкой к «Русской земле», границе последних, и погибло в самом конце Х в.[28] (http://behistory.ru/article/41/#_edn28) Есть захоронения и словенских женщин (с ромбощитковыми височными кольцами), но более поздние[29] (http://behistory.ru/article/41/#_edn29) и находящиеся уже за пределами Брянской области, на калужском участке р. Болва (вятичско-кривичское пограничье).
Довольно многочисленные предметы вооружения и воинского снаряжения Х - XI вв. скандинавского, кочевнического, прибалтийского происхождения, но ни одного достоверного захоронения выходцев из этих земель на Брянщине не обнаружено. Еще меньше следов пребывания финно-угров[30] (http://behistory.ru/article/41/#_edn30).
В процессе формирования древнерусской народности начался уже в конце XI в. процесс смешения племен на Брянщине. Северянские захоронения встречаются на радимичской территории (Людково, Ляличи), радимичские - на северянской (Кветунь, местечко Воронеж на р. Шостка в Сумской обл.) и вятичской (Батагово). Сами вятичи проникают в Подесенье далеко за свои границы (с. Пушкари на р. Десна в Новгород-Северском районе Черниговской обл.). На Навле смешиваются древности северян, вятичей, «руси»[31] (http://behistory.ru/article/41/#_edn31) в Кветуни - северянские, радимичские, вятичские дреговичские, полянорусские, возможно - скандинавские, кочевнические, финно-угорские. Широкое распространение получают вятичские племенные украшения - хрустальные круглые и сердоликовые (красные) разных форм бусы. Особенно много их в Кветуни, где нет ни одного достоверно вятичского захоронения, встречаются они и на вятичско-кривичско-радимичском пограничье (Пеклино), а на западных рубежах земли вятичей (Батагово) смешались наборы украшений радимичей и северян. Однако «племенные» различия существовали довольно долго, и лишь к рубежу XII - XIII вв. распространение христианства «вглубь» смогло стереть их в религии, отражением и частью которой является погребальный обряд. Вятичи, часть которых (правда, не брянских, а подмосковных) была покорена лишь в середине XII в., сохраняли свою самобытность долее других.
Тем не менее, и в настоящее время пережитки племенного деления сохраняются в народной культуре (резьба наличников, вышивка рушников), обычаях и обрядах (радуница, «Кострома») отдельных частей Брянского края. Диалекты его западной части близки гомельским[32] (http://behistory.ru/article/41/#_edn32), отражая былое единство радимичей, южной - чернигоскским ии сумским, бывшим полянским и северянским[33] (http://behistory.ru/article/41/#_edn33). Брянская область в этом плане является уникальным из всех восточнославянских земель краем, где в древнерусскую эпоху сходились границы пяти (из одиннадцати) восточнославянских племен, создавших Древнерусское государство, и проживали представители еще нескольких из них, а также западнославянских, балтских и иных народов, принявших участие в формировании православной древнерусской народности. В настоящее время поэтому Брянская земля является как бы естественным этнокультурным мостом с тысячелетними традициями, объединяющими не только соседние области России, Беларуси и Украины, но и сами народы этих стран.
Этнокультурные границы и физико-географические регионы Среднего Подесенья в Х - Xl вв.
(http://s47.radikal.ru/i116/1204/e6/2105f17c6cbb.jpg) (http://www.radikal.ru)
1,2 - ополье, 3 - почвы-аналоги ополий либо близкие к ним («стопок», предополье, предполесье); 4,5 - варианты северо-западной границы лесостепи (на основе почв и растительного покрова); 6 - восточная граница радимичей; 7 - юго-западная граница вятичей; 8 - юго-восточная граница и направление продвижения кривичей; 9 - северная граница роменской культуры и северян. См также примечание[34] (http://behistory.ru/article/41/#_edn34).
Шинаков Е.А. Сб. Страницы прошлого Брянского края. - Брянск, 1998.
ПРИМЕЧАНИЯ
[1] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref1) Шинаков Е.А. На заре славянской культуры // По следам народного искусства. - Тула, 1991.
[2] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref2) На территории кривичей - Гришина Слобода (В.Н. Гурьянов, 1994), Чичеринка (О.Л. Прошкин (Калуга), 1987); на кривичско-вятичском пограничье - д. Прудки Кировского района Калужской обл. (О.Л. Прошкин, 1984), радимичско-кривичском - Пеклино (Е.А. Шинаков, 1991), Борча (В.Н. Гурьянов, 1996 - 1997); на пограничье радимичей и «Русской земли» - Нижнее, Белоусово (Е.А. Шинаков, 1988); в «Русской земле» - Суховерхово, Крюково, Алефино, Синин (Е.А. Шинаков, 1987, 1989, 1993), на межплеменных территориях - с. Антоновка под Брянском (Г.П. Поляков, 1984). Кроме этого, надо добавить «случайные находки» чисто кривичского захоронения в Дятьковском районе (с. Бацкино) и радимичского - в Дубровском (с. Алешенка), а также некоторые поселения, исследования которых уточнили этническую карту, особенно соотношение колочинской, роменской и древнерусских культур (Левенка, Борок, Погар, Синин, Почеп, Хотылево (раскопки и разведки автора, 1985 - 1989, 1993 - 1994, 1996 гг.)); Борча (работы В.Н. Гурьянова и В.В. Миненко в 1995 - 1997 гг.).
[3] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref3) Это материалы раскопок П.М. Еременко (конец XIX в.) и С.А. Чуева (начало ХХ в.) на р. Болва (в земле вятичей и на вятичско-кривичском пограничье), И.Е. Евсеева (1906 г.) на Навле, на вятичско-северянской границе, В.А. Падина (1950 - 1970 гг.) в Кветуни, Д.Я. Самоквасова (1872 г.) в Левенке и Мереновке («Русская земля»), а также неизвестного автора у ст. Батагово (начало ХХ в.)
[4] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref4) В этом аспекте особую роль сыграли межвузовские, затем межгосударственные научные историко-краеведческие конференции, первая из которых была проведена в 1989 г. по инициативе автора, В.А. Архипова и В.В. Крашенинникова на базе, в основном, БГПИ, а дальнейшие, посвященные памяти Ф.М. Заверняева (1995 и 1997 гг.) - на базе БОКМ, но при активном участии педуниверситета и дирекции по охране памятников. В их программах изучению брянских материалов, связанных с расселением славянских и неславянских племён и возникновением городов в Подесенье и прилегающих «одноплеменных» ему регионах, были посвящены доклады многих ученых из разных городов России, Украины и Беларуси. Тезисы докладов опубликованы в сб.: Тезисы докладов 1 Брянской межвузовской историко-краеведческой конференции. - Брянск, 1988; Деснинские древности (Материалы межгосударственной научной конференции «История и археология Подесенья», посвященной памяти Ф.М. Заверняева). - Брянск, 1995. В настоящее время готовится к печати 2 выпуск «Деснинских древностей» (по материалам конференции 1997 г.). Подробнее об этих конференциях, а также других, проходивших в Брянске, см.: Шинаков Е.А., Гаврилов К.Н. Археологическая проблематика на научных конференциях в Брянске в 1995-1996 г. // Российская археология. - 1997. - №.3. Значительное место занимает этнокультурный аспект истории Подесенья, в т.ч. Брянского, на ежегодно проводимых с середины 1980-х историко-археологических семинарах «Чернигов и его округа в IX-XIII в.» (Чернигов - Киев), Нежинских историко-краеведческих конференциях, историко-археологических конференциях «Вопросы археологии и истории Верхнего Поочья» (Калуга), некоторых международных конференциях, конгрессах славянской археологии.
5 Напомним: основная его суть - в поэтапном заселении Брянщины пятью восточнославянскими племенами с разных направлений, с долгим сохранением коренного балтского населения между границами их расселения. Последние территории заселяются уже не самостоятельно отдельными племенами, а централизованно под эгидой единого государства сначала полянами-русью (и разноплеменной дружиной), а затем смешанным христианизируемым населением. [6] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref6) Это касается прежде всего этнической оценки Стародубского ополья (ранее - роменско-северянской, в настоящее время - сразу после балтско-колочинской - поляно-русской), юго-восточной границы кривичей и северо-восточной - радимичей, характера кривичско-вятичско-радимичского пограничья в целом, юго-западной границы вятичей и северной - роменской культуры и северян, степени влияния «северных элементов». Ср., например: К вопросу о радимичско-северянском пограничье //Первая Гомельская областная научная конференция по историческому краеведению. -Гомель, 1989; О западной границе распространения северянских украшений // Тезисы Первой Сумской областной научной конференции. - Сумы, 1990; 1) О происхождении раннесредневековых городов в Брянском Подесенье //Труды V Международного Конгресса славянской археологии. Т. 1. Вып. 20. - М., 1987; (В соавторстве с В.Н. Гурьяновым); Курганы Стародубского ополья // Проблемы археологии Южной Руси. - Киев, 1990 - с одной стороны. И более поздние: 1) Северные границы «Русской земли» X века //Чернигов и его округа в IX-XIII вв. - Чернигов, 1990; 2) Освоение ополий в X-XII веках // Брянское ополье: природа и природопользование. - М., 1991; 3) (в соавторстве с Т.Д. Сарычевой) Кривичско-вятичско-радимичское пограничье // Вопросы археологии и истории Верхнего Поочья:. - Калуга, 1993; 4) (В соавторстве с В.Н. Гурьяновым). Русско-радимичское пограничье середины X - середины XII вв.: природно-географическик аспект // Гістарычна-археалагічны зборнік. - Мінск, 1994; Дружинная культура и русско-северянское противостояние в Брянском Подесенье (рубеж X-XI веков) // Чернігівська земля у давнину середновіччя. - Киев, 1994; Подесенье как историко-культурный регион // Деснинские древности. - Брянск, 1995; От пращи до скрамасакса: на пути к державе Рюриковичей. - СПб. - Брянск, 1995. - С.34-37; (В соавторстве с В.Н. Гурьяновым) О роли природно-географическего фактора в освоении радимичами территорий полесий // Песоченский историко-археологический сборник. Вып. 2. 4.2 - Киров, 1995.
Несколько отличные от автора точки зрения изложены в исследованиях: Крашенинников В.В. Взгляд через столетия. - Тула, 1990. - С.9-18; Богомольников В.В. О близости радимичей, вятичей и северян (по письменным и археологическим данным) // Старожитності Південноі Pyci. - Чернігів, 1993; Кропачев Т.Н. Новое в расселении вятичей и кривичей // Вопросы археологии и истории Верхнего Поочья. - Калуга, 1993; Прошкин О.Л. Ромбощитковые височные кольца из курганов водораздела pp. Днепра и Волги //Бюллетень РНИА «Верхнее Поочье». Вып. 1. - Калуга, 1993; Гурьянов В.Н. Восточнославянские племенные союзы в Среднем Подесенье: проблема внутренних пограничий // Проблемы исторической демографии и исторической географии Центрального Черноземья и Запада России. - М., Брянск, 1996, См. также тезисы докладов вышеуказанных авторов, а также В.А. Падина, А.П. Моци и О.В. Сухобокова (Киев) в сборнике I Брянской историко-краеведческой конференции (1988) и «Деснинских древностях».
[7] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref7) Шинаков Е.А. Захоронения I тысячелетия н.э. на городище у с. Случевск // Культуры Восточной Европы I тысячелетия. - Куйбышев, 1986; Его же. Тайны древнего городища //«Пересвет». - 1992. - № 5.; Его же. «От пращи...» - С.27-30.
[8] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref8) Шинаков Е.А. Археологические работы в Брянской области в 1988 - 1989 гг., (древнерусская эпоха) //Слов'яно-руські старожитності Північного Лівобережжя. - Чернігів, 1995. - С. 103. Фото 1; Его же. «От пращи...» - Табл. XVIII: 2, 34.
[9] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref9) Падин В.А. К истории славян Подесенья //Деснинские древности. - Брянск, 1995. - С.55, 57.
[10] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref10) Именно здесь встречены древнейшие славянские топонимы, возникшие до распада общеславянского языкового единства в середине I тысячелетия н.э.: Купчинский О.А. Древнейшие славянские топонимические типы и некоторые вопросы расселения восточных славян //Славянские древности. - Киев, 1980; Шинаков Е.А. «От пращи...» - С. 36-37.
[11] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref11) Гаврилов К.Н., Шинаков Е.А. Работы в районе с. Хотылёво //Археологические открытия 1996 года. - М., 1997.
[12] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref12) Гурьянов В.Н. Охранные раскопки курганного могильника на р. Ветьма //Археологические открытия 1994 года. - М., 1995.
[13] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref13) Базируется это утверждение на границах земли вятичей по В.В. Седову (1970,1973,1982) и Т.Н. Никольской (1981), но в пределах Брянщины нет не только ни одного полного вятичского погребального комплекса, но даже и украшений. Практически ближайшие их находки - это фрагмент позднего лопастного височного кольца, витые браслеты и ажурные перстни, найденные на городище Слободка уже на орловском течении Навли (Никольская, 1987), обнаруженные здесь вместе с северянскими украшениями (почти полное семилучевое кольцо и серебряные дротовые браслеты), и одно кольцо в Алексеевке (Седов, 1982. - С. 145). Что касается групп Салтановка - Святое (раскопки Евсеева; Архив НИМК, дело АК 1906/72), то здесь присутствуют не вятичские, а «камерные» и христианские захоронения. Летопись же один раз прямо отделяет Карачев и «Вятичи»: «И бежа» (из Корачева) «за лес в Вятичи Святослав Ольгович» (1147 г., ПСРЛ. Т.П. 1962. Л. 124).
[14] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref14) См. об этом: Шинаков Е.А., Гурьянов В.Н., 1994, - С.256; о юго-западном происхождении их: Соловьева Г.Ф., 1968. - С. 352-356; Седов В.В., 1970. - С.142, 143; о западном (польском в т.ч.): Тышкевич Я. (Tyszkiewicz J.), 1972. - С.456, Крашенинников В.В., 1990. - С.13.
[15] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref15) Об этом см.: Шинаков Е.А., 1991; Его же. Влияние процесса «государственного освоения» на экосистемы Среднего Подесенья // Экологический опыт человечества: прошлое в настоящем и будущем. - М., 1995.
[16] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref16) Шинаков Е.А., Гурьянов В.Н. Внутренние пограничья Древней Руси: к постановке проблемы //Проблемы ранньослов'янскоі давньорускоі археологіі Посейм'я - Білопілля, 1994; Шинаков Е.А. О характере размещения населения на пограничье степи, лесостепи и леса (по материалам Левобережья Днепра) //Гістарычна-археалагічны зборнік. Вып. 8. - Мінск, 1996; Гурьянов В.Н., 1996.
[17] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref17) В основе их лежат височные кольца, для Подесенья ключевыми являются семилучевые. Последняя статья об их этнической принадлежности: Шинаков Е.А. Ещё раз о лучевых височных кольцах и их этнокультурной принадлежности // Гістарічныя лёса Верхняга Падняпроуя. - Ч.1. - Могилёв, 1996. Высказывается также сомнение в том, что височные кольца были именно «височными». Часть из них носилась на манер серег в ушах, а не на специальных ремешках.
[18] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref18) Гурьянов В.Н. К вопросу о расселении кривичей на севере современной Брянщины // Деснинские древности. - Брянск, 1995.
[19] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref19) Шинаков Е.А. Брянский участок пути «Большого полюдья» X века // Хозяйство и культура доклассовых и раннеклассовых обществ. - М., 1986; Фомин А.В. «Сновская тысяча» по нумизматическим данным //Чернигов и его округа в IX-ХIII вв. - Чернігів, 1985; Шинаков Е.А., Зайцев В.В. Клады как источник по политической географии Среднего Подесенья в древнерусскую эпоху // Археология и история Юго-Востока Древней Руси. - Воронеж, 1993.
[20] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref20) Шинаков Е.А., 1994 («Дружинная культура..»); 1995 («От пращи...»).
[21] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref21) Шинаков Е.А., 1995 («От пращи...» - С.126-153); Гурьянов В.Н. Камерные погребения на Брянщине // Слов'яни i Русь у науковій спадщині Д.Я.Самоквасова. - Чернігів, 1993; Шинаков Е.А. Камерные захоронения Среднего Подесенья // Деснинские древности. - Брянск, 1995;
[22] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref22) Константин Багрянородный. Об управлении империей. - М., 1991.-С.45-51, 308-310.
[23] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref23) Падин З.А. Некрополь Трубчевска Х-ХII вв. // Из истории Брянского края. - Брянск, 1995.
[24] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref24) Долее всего, судя по данным археологии, физической географии, этнографии и топонимии, балтское население сохранялось в «присудостьском» коридоре от Десны до Вабли в центре Брянщины а в лесных массивах между Десной, Болвой и Ветьмой.
[25] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref25) О «голяжьей» топонимике см.: Крашенинников В.В., 1990. - С.15. По нашему мнению, голядь попала и на Протву, и на Десну с притоками после похода 1058 г. Изяслава Ярославича на гелиндов после присоединения им к своему домену Владимира Волынского (ПСРЛ. Т.П. Л.60 об.). Судя по тевтонским источникам, в какое-то время некий славянский христианский князь перебил часть галиндов, а остальных переселил в свою землю (Петр из Дуйсбурга. - Хроника земли Прусской. - М., 1997. - С.50-51).
Расселение пленных отдельными группами в бывших межплеменных пограничьях от Протвы (куда на «смоленскую» голядь был совершен поход Святослава Ольговича 1147 г. (ПСРЛ. Т.Н. Л. 125) до Брянского Подесенья представляется логичным. Кроме того, топонимическая структура последнего региона очень напоминает по лексике другое балто-славянское пограничье - мазовецко-прусско-ятвяжское. Есть, впрочем, точка зрения о разности галиндов, покорённых и ассимилированных мазовшанами, и «русской» голяди (Г.Ловмяньский, 1931-1932). [26] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref26) Мазовшане могли попасть сюда после похода Ярослава на их князя Моислава в 1147 г. (ПСРЛ. Т.П. Л. 57 об., 58). Об их присутствии свидетельствует и сходство керамики Брянска и Стародуба с сосудами «Чёрной Руси» (пограничье славян, ятвягов, литовцев) и собственно Мазовии. О практике компактного поселения пленных «ляхов» князьями Ярославом и Мстиславом говорит и летопись под 1031 (ПСРЛ. Т.Н. Л.56).
[27] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref27) Возможно, это свидетельство присоединения к Черниговскому княжеству части дреговичских земель в 1142 г., хотя захоронения - более ранние.
[28] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref28) Об этом подробно: ШинаковЕ-А., 1995 («От пращи...» - С. 81-85.
[29] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref29) Связано, возможно, с женитьбой северского князя Святослава Ольговича и дочери новгородского посадника, получившей в «вено» волость Облов (Блове).
[30] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref30) Подробно об этом: Шинаков Е.А., 1995 («От пращи...». - Ч.П. Гл.У). Впрочем, возможно, о давнем (эпохи неолита) присутствии финно-угров может свидетельствовать топонимика. Такие названия,как Болва, Надва, имеют восточно-финский формант «ва» - вода.
[31] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref31) Захоронения в очень широких могильных ямах в с. Святое.
[32] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref32) По «Диалектологической карте русского языка» 1964 г, (Русская диалектология, 1989) юго-западные диалекты Брянской обл. вообще отнесены к белорусским.
[33] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref33) Недаром население южных районов Брянщины объединялось с ними в одну этнокультурно-диалектную группу - «севрюки», отличную и от великороссов, и от украинцев.
[34] (http://behistory.ru/article/41/#_ednref34) На карте-схеме римскими цифрами обозначены достоверые и предполагаемые ополья: I - Стародубское; II- Присудостьское; III - Брянское; IV - Трубчевокое; V - Вара-Судостьское; VI - Севское; VII - Новгород-Северское; VIII - Сосницкое.
Арабские цифры обозначают пункты, упомянутые в статье: 1 -Воронеж; 2 - Пушкари; 3 - Кветунь; 4 - Салтановка - Святое; 5 -Слободка; 6 - Батагово; 7 - Вщиж; 8 - Борча; 9 - Пеклино; 10 - Гришина Слобода; 11 - Ляличи; 12 - Людково.